«Нахождение быка – аллегория дзен.

 

Нахождение быка – это старинный дзенский символ. В Китае есть десять рисунков, последний из которых стал причиной многих споров. И я бы хотел, чтобы вы поняли их смысл.

   Эти десять рисунков поразительно прекрасны. На первом рисунке изображен человек, потерявший быка. Он стоит в густом лесу, озираясь по сторонам, но не может понять, куда пропал его бык. Он в замешательстве. Скоро наступит ночь, а ночью найти быка в густом лесу будет еще сложнее.

 На втором рисунке изображен этот же человек, нашедший следы своего быка. Он чувствует себя немного счастливее, у него появилась надежда найти быка. ОН идет по следу.

 На третьем рисунке он видит голову быка среди деревьев. Она едва различима, но он догадывается, что это голова его быка. На четвертом рисунке показано, как человек догоняет быка, теперь он видит быка целиком, все его тело. Он радуется.

 На пятом рисунке можно увидеть, как он берет своего быка за рога. Бык сопротивляется, завязывается тяжелая борьба, но человек побеждает. На шестом рисунке изображено, как человек едет верхом на быке, возвращаясь домой. Это прекрасные рисунки!

   На седьмом рисунке показан бык, привязанный на своем обычном месте. На восьмом рисунке – человек, который от радости начинает играть на флейте. На девятом рисунке не изображено ничего: только пустая рамка.

 На десятом рисунке, который и стал причиной многих споров, человек, пьяный, с бутылкой вина в руках идет по направлению к рынку. Он еле передвигает ногами. Споры вокруг этого рисунка не утихали на протяжении двух тысяч лет.

 Махаянисты считают девятый рисунок последний. На нем изображено не-разумное: человек достиг своей цели. Бык – это ваше внутренне я, которое вы потеряли, и вся серия рисунков трактуется как поиски внутреннего я. ТО, как вы нашли его, показано на девятом рисунке. На нем можно увидеть тишину и мир. Это нирвана, не-разумное.

 За девятым рисунком… Те, кто считает этот рисунок концом пути, думают, что кто-то добавил десятый рисунок, который не имеет никакого отношения к остальным рисункам серии. Но последователи дзен признают подлинным и этот рисунок. Они говорят, что просветление – это еще не конец. Это – высочайшая вершина сознания, высочайшее достижение, но после него просветленный должен вернуться в человеческий мир, в мир обыденной жизни. Он снова должен стать частью человечества. Только тогда он сможет поделиться с другими тем, что узнал, только тогда он сможет направить на поиски истины и других. И конечно, спускаясь с такой высоты, он абсолютно пьян от экстаза.

   Когда двенадцать или тринадцать веков назад эта серия перевозилась в Японию, то были перевезены лишь первые девять рисунков. Последний рисунок вызывал подозрения. Он был оставлен в Китае.

 Когда я первый раз взглянул на японские рисунки, я пришел в недоумение. Казалось, что серия закончена. Разве после достижения нирваны существует что-то еще? А потом в старинной китайской книге я увидел все десять рисунков. Я был несказанно счастлив тому, что кто-то еще две тысячи лет назад понял, что Будда не является Буддой, если он не может снова стать простым, невинным человеком, который несет свою нирвану, свой экстаз в бутылке вина, пьяный божественным опьянением, но все равно продолжающий идти по направлению к рынку.

 Я понял, что тот, кто нарисовал десятый рисунок, был прав. Все, что до девятого рисунка, логично. Десятый же рисунок – это великая реализация.

 Я считаю, что до девятого рисунка человек – это просто Будда, на десятом же рисунке он становится Зорбой. Без этого достижение ничто было бы немного грустным, немного серьезным, немного пустым.

    Все эти попытки нахождения самого себя, медитации, выхождения за пределы своего сознания, понимания своего бытия и, наконец, нахождения пустыни ничто… нет, должно существовать нечто большее, нечто, что находится за пределами всего этого, там, где распускаются цветы, где звучат песни, где снова можно танцевать, - конечно, на совершенно другом уровне.

 Но эти рисунки очень важны потому, что постепенно, шаг за шагом, объясняют весь путь»